Почему я не люблю пролетариат, или Зачем платить членские взносы

Аватар пользователя Александр Костенко
Александр Костенко
0

2 августа разгорелся весьма деликатный спор о роли в медийной жизни Харькова облорганизации Национального союза журналистов. Коллега, злостный неплательщик членских взносов, резонно в общем-то вопрошал: почему за пять лет членства Союз контактировал с ним пять раз и каждый раз лишь для сбора подати?

Это одновременно очень сложный и очень легкий вопрос – почему профсоюз работников самой динамично развивающейся отрасли в такие лихие времена оказался пыльным диваном, на котором отсиживались зубры (муахаха) журналистики? В поисках ответа я полез на FB-страницу Харьковской облорганизации и немножко похохотал.

Вверху, закрепленным постом – требование платить пресловутые членские взносы. Ниже – несколько фоточек с празднования Дня журналиста; несколько репостов статей на тему медиарынка, требование расследовать убийство Шеремета да «обурення» избиениями прессы во время Майдана. Да-да, деятельность ХОО "НСЖУ" за четыре года революции и войны вместилось у меня в несколько строк. Годно? Едем дальше.

Я не помню заявлений (уже молчу про конкретные действия) НСЖУ, когда по кляузе одной нынешней депутатки закрыли телеканал "АТН Харьков". Той самой, которой напекло голову радиоволнами с их вышки. Я не помню реакции на мясорубку в ИА "Status Quo", которое единственное отказалось публиковать гомосексуальное видео с одним нынешним депутатом.

И, кстати, не помню, чтобы НСЖУ отреагировал на то же видео, крутившееся нон-стоп в прайм-тайм на "7 канале". Я не помню их заявления по поводу избиения Марии Малевской и Александра Брынзы под Академией внутренних войск. Не помню реакции на обыски в редакции "057.ua". Не помню их участия в деле "одоробла", когда вся медийная общественность встала на защиту площади Свободы. Не помню их позиции, когда Янукович хамил журналисту Владимиру Носкову.

Они молчали, когда Кернес выпиливал, выпиливал и выпилил в итоге журналистику в Харькове как социальный институт. Они молчали, когда рубили дорогу через парк Горького. Они не обратили внимания ни на одно антикоррупционное расследование действий городской и областной властей. Они отмолчались, когда Чечельницкий обезображивал город, а Шахненко осваивал феерические подряды в области. Чем они занимались все это время? Правильно, собирали взносы и раз в год награждали избранных грамотами за развитие масс-медиа там, где они умерли.

Зато я помню, как мгновенно оказалась корочка НСЖУ у побитого провокатора Дениса Корнеева. Я помню, как буквально сгоняли в Союз целыми редакциями, включая водителей и охрану, а также помню, как завлекают в члены второкурсников профильных вузов (WTF?). Я помню, как пресс-секретарь Добкина Маренич пыталась усадить в кресло главы ХОО какого-то бизнесмена-агрария и какие подковерные битвы велись за обладание большинством рядовых членов. Я помню, как правление Союза топило против разгосударствливания коммунальных СМИ (а как же, дотации из бюджета – это вам не контентом зарабатывать). Я помню массу таких воистину ришельевских интриг, но не помню, чтобы ХОО "НСЖУ" сделала что-либо для развития медиа на Слобожанщине.

Зубры из заводских малотиражек, лояльные редакционные водители и 19-летние студенты – это сегодня полуторатысячный актив Союза журналистов Харьковской области. Что они могут? Ничего. Что они хотят изменить? Тоже ничего. Что они способны сделать, чтобы харьковская журналистика была журналистикой XXI века, а не заводской стенгазетой 1960-х? Да нихуя, от слова "совсем".

Нужен ли нам такой профсоюз? Хотим ли мы, условная молодежь, иметь иное представительство в виде национального объединения работников профессии? Должен Нацсоюз звучать в голос, а не собирать по два лайка в фейсбуке (один – собственный, другой – от головного офиса НСЖУ), тогда как остросоциальные посты в Facebook имеют вирусный эффект в тысячи лайков и репостов и тормозят власти в решении установить ректальную свечу в 86 м посредине города? Я хочу, чтобы вы ответили на эти вопросы.

И да. Я вступил в НСЖУ в 2007 году. Ушел из полевой журналистики в 2014-м, взносы перестал платить еще раньше. Мне не жалко ста гривен в год. ̶То̶г̶д̶а̶ ̶п̶о̶ч̶е̶м̶у̶,̶ ̶п̶р̶о̶ф̶е̶с̶с̶о̶р̶?̶ Я просто не люблю пролетариат.